Русская православная церковь - Московская епархия - Ивантеевское благочиние
Московская область, г. Королев

ХРАМ ВЛАДИМИРА СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА

Проповедь "МОЛИТВА СЛЕПЦА."


Неделя 31 по Пятидесятнице

1 Тимофею, гл. 1, ст. 15-17

   15 Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый.
   16 Но для того я и помилован, чтобы Иисус Христос во мне первом показал все долготерпение, в пример тем, которые будут веровать в Него к жизни вечной.
   17 Царю же веков нетленному, невидимому, единому премудрому Богу честь и слава во веки веков. Аминь.

От Луки, гл. 18, ст. 35-43

   35 Когда же подходил Он к Иерихону, один слепой сидел у дороги, прося милостыни,
   36 и, услышав, что мимо него проходит народ, спросил: что это такое?
   37 Ему сказали, что Иисус Назорей идет.
   38 Тогда он закричал: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня.
   39 Шедшие впереди заставляли его молчать; но он еще громче кричал: Сын Давидов! помилуй меня.
   40 Иисус, остановившись, велел привести его к Себе: и, когда тот подошел к Нему, спросил его:
   41 чего ты хочешь от Меня? Он сказал: Господи! чтобы мне прозреть.
   42 Иисус сказал ему: прозри! вера твоя спасла тебя.
   43 И он тотчас прозрел и пошел за Ним, славя Бога; и весь народ, видя это, воздал хвалу Богу.
Неделя 31 по Пятидесятнице
Проповеди священника Сергия Ганьковского
  1. «НИЗКИЕ ИСТИНЫ» И «ВОЗВЫШАЮЩИЙ ОБМАН».

    06.02.2000

  2. МОЛИТВА СЛЕПЦА.

    03.02.2002

  3. «ШЕДШИЕ ВПЕРЕДИ».

    02.02.2003

  4. ПЕРВЫЙ ИЗ ГРЕШНИКОВ.

    06.02.2005

  5. ГОСПОДИ, НАУЧИ МЕНЯ МОЛИТЬСЯ!

    29.01.2006

Проповеди священника Глеба Козлова
  1. Проповедь от 30.01.2011

    30.01.2011

Неделя 31 по Пятидесятнице.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Вот во что труднее всего поверить маленькому, но гордому человеку: Богу, Великому и Вечному, есть дело и до него, слабого, грешного, смертного… Богу есть дело до наших не заметных никому болей и скорбей: Господь-Вседержитель не только Всемогущ, но и Свят, то есть милостив, сострадателен и долготерпелив. И милостив, сострадателен и долготерпелив Господь не только по отношению ко всему человечеству в целом, но и к каждому отдельному человеку, какое бы незавидное и даже жалкое место он ни занимал в человеческом сообществе, каким бы ничтожным и недостойным ни казался он сам себе. «Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него» (Мф.7.9-11). Потому и вопрос о том, каким святым молиться в разных житейских обстоятельствах, – в общем праздный. Очевидно, что в любом случае и всегда молиться нужно Богу.

Диавол же не хочет того, чтобы мы молились. Он не желает, чтобы те, кого он уже считает своей законной добычей, те, кто после предательства праотца Адама надёжно, казалось бы, стали его пищей, вдруг выскользнули из расставленных им сетей. Поэтому он затыкает нам рот, когда мы пытаемся обратиться к Богу. Только для этого даже в самые чистые, самые священные моменты нашей жизни всевает он в души наши отвратительные плевелы непотребных помыслов, раздражительной злобы, унылой тоски. Именно с этой целью он говорит начальнику синагоги Иаиру, который просит Бога об исцелении больной дочери: «…дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя?» (Мк.5.35). «Не смей просить, не кричи, не требуй, Ему до тебя нет дела, Господу некогда!» – вот ведь что говорили несчастному слепцу те, кто окружал Спасителя на Его пути в Иерихон. Ну, просто совсем как большинство из нас: «Я такой грешник, что Господь мою молитву не услышит!» Вот уж смирение паче гордости! Вот уж воистину «дьявольское» оправдание собственной лени и бездеятельности!

Молитва – тяжкий труд, требующий серьёзных усилий, и душевных, и телесных. Нельзя думать, что наше невнятное бормотание, сопровождаемое вялыми движениями правой руки, похожими на движения человека, отгоняющего докучных насекомых, может считаться молитвенным трудом. Вспомним, как описывается в Евангелии молитва Сына Человеческого в Гефсиманском саду: «И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лк.22.44). С чего мы вдруг решили, что нам должно быть проще, легче, удобнее, чем Ему, «до крови подвизавшемуся» (Евр.12.4) Сыну Божьему?

Дело, конечно, заключается не в количестве акафистов, не в продолжительности молитв, не в «многословии» (Мф.6.7), уже давно осуждённом Спасителем. Разумеется, начинают все с малого, с самого простого. С того молитвенного правила, которое обязательно для исполнения каждому христианину. Но даже эта простая и привычная работа души станет пустым сотрясением воздуха, если не будет в ней неотступности иерихонского слепца, если после первого же препятствия, выразившегося в дурном помысле или житейском попечении, мы оставим молитвенные усилия и послушаемся того, кто сколь же привычными, сколь и коварными способами заставляет нас замолчать.

Разве нищий слепой искал удовольствия от молитвенного делания? Разве волновало несчастного «качество» его воплей? Нет, он хотел «единого на потребу», он хотел стать зрячим, и поэтому никакие запреты, никакие соблазны сатаны не могли остановить, не могли пресечь его молитвенного крика. Наша повседневная молитва холодна, невнятна и рассеяна только потому, что мы молимся о чём-то внешнем, о чём-то вполне отвлечённом, неопределённом. Царство Небесное – для нас в некой далёкой перспективе, а заботы сегодняшнего дня – они всегда тут как тут. Может быть, это оттого происходит, что мы давно смирились с собственной духовной слепотой и «заботимся и суетимся о многом» (Лк.10.41), вместо того чтобы, отыскав главное, самое существенное, самое необходимое нашей бессмертной душе, просить о нём всеми силами своего существа, как иерихонский слепец делал это всеми силами своей глотки. Мы ведь и слова-то эти давно знаем! Мы знаем, что кричать нашему Господу, когда в таинствах Церкви Он приближается к нам. И чем ближе дело к весне, к Великому посту, тем чаще мы вспоминаем эти удивительные слова: «Даруй ми зрети моя прегрешения, и не осуждати брата моего». Для того чтобы научиться настоящей молитве, необходимо всеми силами души своей захотеть того, о чём молишься. А то ведь получается какая-то двойная бухгалтерия: хочешь изо всех сил мужа-красавца или всеобщего пламенного обожания, а губы по привычке бомочут: «Даруй ми зрети моя прегрешения…» Неужели нам правда более всего хочется увидеть воочию всю грязь, всю мерзость, скопившуюся в нашей душе за долгую жизнь?

Господи, пусть совершится чудо! Пусть откроются слепые глаза! Пусть этот незрячий, неимущий, несчастный и одинокий научит нас, зрячих и благополучных, верить и надеяться, любить и молиться. Аминь.

3 февраля 2002 г.

Священник Сергий Ганьковский

03.02.2002


© Храм Владимира Священномученика, митрополита Киевского и Галицкого.
Просим Вас сообщать об использовании Вами текстов и изображений этого сайта и ссылаться на него при использовани данных материалов.