Русская православная церковь - Московская епархия - Ивантеевское благочиние
Московская область, г. Королев

ХРАМ ВЛАДИМИРА СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА

Проповедь "ОБРАЗ БОЖИЙ."


Различные праздники

Слово на молебне «о начатии учения отроков».

Некоторые думают, что образование и воспитание – задачи преимущественно специальных учреждений и, прежде всего, школы. Между тем образование – это главное дело Церкви, Которая понимает его как проявление, выявление в человеке Образа Божия. Если внимательно вслушаться в само это слово “образование”, мы без труда поймем, откуда оно возникло… В свою очередь, образ Божий есть неотъемлемое, фундаментальное свойство человеческой личности. Церковь знает, что не существует на земле человека, в котором бы этот образ безвозвратно исчез, уничтожился. Церковь знает, что Образ Божий может быть замутнён, затемнён грехом, как старая икона бывает повреждена временем и небрежением тех, кому она принадлежала. Но вот берётся за дело реставратор, и исчезают страшные раны на святом лике, понемногу устраняются сколы и царапины, уродующие образ, и в конце концов из-под слоя копоти и грязи торжествующе начанают сиять обновлённые краски. Так восстанавливается образ, повреждённый злом, оскорблённый грехом человеческим.

Точно так же в результате образовательных усилий должна бы восстанавливаться в повреждённой грехом душе человека дивная красота образа Божия, Замысла Божия об этом человеке. В христианском смысле образование – это не сообщение некой суммы знаний, не овладение некой суммой технологий, не научение навыкам определённой деятельности, это – выявление Лика Божьего в душе каждого человека.

Понятая таким образом образовательная задача, естественно, не может быть решена вне веры в Бога. Но мы знаем, что в Бога веруют не все, а вот участвуют в образовательном процессе – все. Из этого следует только один вывод: любое образовательное усилие проявляет в объекте образования, проще говоря – в ученике, тот образ, который для образовательного субъекта, проще говоря – для учителя, является эталонным. Если родители, учителя, все общество в целом убеждены, что жизнь человеческая на земле конечна и потому бессмысленна, понятно, что и образовательные задачи такого общества могут быть сведены к строчке из старинной студенческой песенки: “Веселись, пока ты молод…” И тогда нечего удивляться всеобщему разгулу страстей, торжествующему аморализму, нечего делать большие глаза и задавать Небу риторические вопросы: что это дети наши так подвержены разным пагубным влияниям, почему так много подростков гибнет от наркотиков в современной России? Потому и гибнет, что во главу нашей национальной образовательной системы мы поставили вопль одного литературного героя-бомжа: “Человек – это великолепно! Это звучит гордо!” Этот вопль не вполне трезвого энтузиаста гуманизма означает буквально следующее: всё, что есть в человеке, – священно, и потому должно охраняться и приветствоваться. То есть не Бог, а Человек стоит в центре мира, и никакой такой греховной натуры, с которой следует бороться, в человеке нет, а есть растущие потребности, которые совершенствующееся общество должно уважать и удовлетворять. Отсюда вырос и другой слоган: “Всё во имя человека, всё на благо человека”. Возникает справедливый вопрос: какого человека? Того, который хочет удовольствий и наслаждений, который всё равно умрёт и потому вознамерился взять от жизни всё сполна, поскольку “живём-то однова”?

Гуманистическая модель образования в отличие от религиозной ставит своей задачей создание гармонически развитой личности. Что такое гармония? Стройность, согласованность, сочетаемость частей в целом. Это то, о чём ещё Чехов сказал, а теперешние герои рекламных роликов повторяют: “В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли”. Вот светская школа и поставила перед собой задачу, как мне кажется, абсолютно невыполнимую: воспитать всесторонне образованного, гармонично развитого человека.

Между тем Церковь, как я уже говорил, понимает, что из повреждённого материала, каким является падший Адам и его потомки, не создать гармоничной личности никаким иным путём, кроме пути многотрудного целожизненного покаяния или, что то же, путём “промывания”, восстановления образа Божия в грешном человеке.

Я, как и все православные, понимаю, что насильно мил не будешь. Я, как и Церковь, не против светской системы образования. Я просто предлагаю учесть образовательный опыт Церкви в образовательной деятельности светской школы. Потому что очевидно: при всех блестящих, действительно – блестящих, успехах в подготовке специалистов светская школа упустила из виду то, что тонко подметил в одном из своих афоризмов ещё Козьма Прутков: “Специалист подобен флюсу, полнота его одностороння”. Как раз гармоничной-то личности в результате образовательных усилий светской школы и не получается. Гармонично развитый человек – это ведь не тот, кто может равноуспешно стучать по клавишам фортепиано и компьютера, а тот, кто живёт в мире с собой и окружающими, тот, у кого совесть и помыслы чисты, гармоничный человек – это святой.

Всем хорош святой: он и себе самому удобен и мил, и окружающим лёгок и приятен. С ним рядом не тяжко, а светло. И если таких людей в обществе достаточно, то общество здорово, крепко и устойчиво. А когда таких людей становится критически мало, общество заболевает, а то и гибнет, как погиб Содом, потому что не нашлось в нём и пяти праведников, как погибли великие и могущественные империи, наводившие священный трепет на современников, как можем погибнуть и мы, если не поймём смысла пророчества двадцатисемилетнего молодого человека с тяжёлым характером, но с потрясающим поэтическим даром: “Ни слава, купленная кровью, Ни полный гордого доверия покой, Ни тёмной старины заветные преданья…” Да, ни то, ни другое, ни третье ещё не делает нацию застрахованной от погибели. Ничто из этого само по себе не спасает. А спасает нас никому не ведомый “образованный” человек, тот самый, в котором образ Божий сияет во всей своей полноте и великолепии. Спасает нас русский святой, который, может быть, в науках не силён, зато знает истину более важную, чем все науки. Сегодня во всех храмах Русской Церкви пелся молебен “при начатии учения отроков”. И вот во время возглашения великой ектении произносились такие слова: “Еще молимся… о еже всадити в сердца отроков сих начало премудрости, Страх Свой Божественный, и тем буесть юности отгнати от сердец их, и просветити ум их, еже уклонитися от зла и творити благое”.

Вот и вся тайна: “Венец премудрости – страх Господень” (Сир.1.18). Без этой “малости” образованного человека не получится, а выйдет, по меткому выражению Солженицына, одна “образованщина”.

1 сентября 2000 г.

Священник Сергий Ганьковский

01.09.2000


© Храм Владимира Священномученика, митрополита Киевского и Галицкого.
Просим Вас сообщать об использовании Вами текстов и изображений этого сайта и ссылаться на него при использовани данных материалов.